***

Jan. 10th, 2013 02:17 pm
nandzed: (Default)

На мой взгляд, неумолимое падение литературы в литераторство началось тогда, когда философски осмысленная теория словесности - в том виде, в каком мы видим её у Аристотеля или Анандавардханы - была настолько ощутимо потеснена риторикой, что для получения признания автору произведения стали необходимы резолюции персонажей, коих исчерпывающе описал Клавдий Элиа...

Народ всячески переживает по поводу засилья графоманов-поэтов; при этом о засилье графоманов-критиков, к числу которых нередко относятся переживающие, речи до обидного мало.

про критику
nandzed: (Default)
Пелевин вообще очень утешительный прозаик. Он, по-ахматовски говоря, прикасается к самой черной язве, возвращает читателю уверенность, что это не мы, а мир сошел с ума, победительными остротами и точными обобщениями побеждает всю эту довольно тухлую, прямо говоря, реальность и всегда напоминает о существовании другой — той, которая шелестом в ивах говорила с Вавиленом в Generation. Пелевин продолжает напоминать, что свет во тьме светит и тьма не объемлет его. Для победы над нынешним страхом, отчаянием и неверием в какое бы то ни было будущее нужен именно его радикализм, хотя на деле это лишь обычная готовность назвать вещи своими именами, и его здоровый и ясный гуманизм, воспитанный журналами «Пионер» и «Техника — молодежи».

http://mn.ru/oped/20121116/330740639.html
nandzed: (Default)
"И из-за невольного слияния, нелюбовного романа с советской речью Сатуновский уж точно первым нащупал ее строй, новый ритм. Ритм, смешивающий темп проповеди с бормотанием, лозунговую поступь и прерывистость полунемой мольбы. Кажется, примерно в этом ритме мы живем — точнее говорим — до сих пор. И до сих пор еще не вполне сказали спасибо тому, кто нас — как говорящие единицы — открыл".
Подробнее: http://kommersant.ru/doc/2047807

Ну, что за человек: обнаружил верную мысль, но бросился на неё, как собака на кость, не оторвёшь, рычит)) - не для голодных гастрономическое искусство. Нельзя абсолютизировать. Человек же может обожествить первое же - хоть надпись на заборе, хоть на стене храма. Бре
д - при общем здравии ума)). И так - почти у всех. Узок нынче человек - я бы расширил. Мне эта "советская речь" не была близка никаким боком. И никто меня не открывал как "говорящую единицу". Я открыт был сам - своим рожденьем. Слишком велика в вас, господа, страсть иметь священную корову. Привычка к сакральному животноводству...
nandzed: (Default)

Мы знаем смелость. Какой же честный человек её не будет уважать. Смелость человека, который говорит опасные вещи... Но есть и другая смелость — смелость учёного, человека, говорящего то, что другим кажется неправильным. И вот час этой смелости, быть может, смелости менее заметной, тоже наступит. Но это час тем более трудный, потому что можно строить свою смелость, не выходя из общепринятой точки зрения, поменяв лишь плюсы на минусы.

Ю.М. Лотман
nandzed: (Default)
Почему я упорно читаю о Мандельштаме у Аверинцева? Очень просто. Он достаточно силён, чтобы обобщать, заключать в одни взгляд многие целые величины и видеть сразу многое. Взгляд же современных исследователей обычно напоминает взгляд пьяницы, ищущего ночью под фонарём потерянные ключи - потому что там светлей.

nandzed: (Default)
Мандельштам никогда (речь о ранних стихах - ред.) не будет рифмовать "страстотерпный - неисчерпный", как Вячеслав Иванов; "палестр - де Местр", как Волошин; "дельта - кельта", как Бенедикт Лившиц; "беспокоиться - Троица", как Михаил Кузмин; "сковывающий - очаровывающий", как Брюсов; "баней - Албанией", как Маяковский; "лица - лопается", как Цветаева. У него преобладают рифмы "бедные", часто - глагольные или вообще грамматические, создающие ощущение простоты и прозрачности. Все сделано для того, чтобы рифма как таковая не становилась самостоятельным источником возбуждения, не застила собой чего-то иного.

Сергей Аверинцев
nandzed: (Default)
я d 2012 януарий

ОДИН НА ОДИН

(Не слишком упорядоченные дневниковые записи о поэзии, поэтах и творчестве вообще. Собраны воедино по просьбе [livejournal.com profile] galareana, за что ей спасибо безмерное, сам бы не додумался)

ДЁМИН ВАЛЕРИЙ

http://narod.ru/disk/57461905001.7b401d4046713ed71424b6386c496827/%D0%9E%D0%B4%D0%B8%D0%BD%20%D0%BD%D0%B0%20%D0%BE%D0%B4%D0%B8%D0%BD.txt.html


nandzed: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] pertaesus в [иппокрена пересохла]
Давно уже я не давал нашим литературным деятелям хорошего пенделя - и зря. Распустились люди. Даже не знаешь, чему больше изумляться: дремучей филологии или невоспримчивости к цайтгайсту.

"пейзажи, сюжеты, тела, герои, события " )


nandzed: (Default)
Несчастное сознание всегда автопародийно. Подчеркнутая установка на снижение, на фарс – способ «разомкнуть» горестный сюжет, тянуть канитель, перекладывать смерть с места на место.

http://pertaesus.livejournal.com/148560.html#cutid1
nandzed: (Default)

Любопытная какая вещь. Когда пародируется Евтушенко, Вознесенский и даже Блок — пародируется действительность, условность, клише — но и в разной степени сами эти поэты. Когда пародируется Пушкин или Мандельштам — то только клише, условность и действительность.

Юрий Карабчиевский

nandzed: (Default)
"Бытие, Реальность («радостная, волшебная, родная», она по Таврову «и есть мы сами, проснувшиеся для себя самих и для вещей мира»), подлинность, святыня, пустота, целое, пустота, «Бог-тишина», «пространство чистого отношения» и «бесконечных вариантов», откуда вышло все… К ней устремлено всякое движение, всякий творческий, любовный, благодарный порыв, она есть та цель, в которой мы уже пребываем, не ощущая этого или не желая знать. Войти в нее осознанно, соединиться с Бытием здесь и сейчас означает предпочесть жизнь – косным схемам, язык, «которым Адам говорил  с Богом» – языку «послевавилонскому», выбрать подлинное.

...Тавров несколько раз ссылается на японскую традицию неразличения природы и культуры. Подлинность поэзии – та же, какой обладает любое явление живого мира. «Стихотворение … – это вещь, вышедшая оттуда же, откуда вышли деревья, ручьи, прибой, горы» (с.105), а ядро слова – тишина, которая «окутывает и строки гениев, и утро в лесу».

МАРИАННА ИОНОВА. РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ АНДРЕЯ ТАВРОВА "ПИСЬМА О ПОЭЗИИ" (М., ЦЕНТР СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ, 2011) В "ВОПРОСАХ ЛИТЕРАТУРЫ" №3/2012

 http://russgulliver.livejournal.com/400038.html#cutid1
nandzed: (Default)

Теперь обратимся к творчеству нашего героя. “Бахмутовские хроники” фанфик (фикфан) по мотивам “Петра Первого” Лешки Толстого. Я такой тоже в детстве хотел написать, да как-то не додумался. Недоупромыслил. Понятно, что Лешка Толстой переписывал из Соловьева (тома немного попутав), а Соловьев компилировал грамотки, а грамотки письменные людишки писали, как положено. Вот и Кузьменков пишет как положено, по обычаю. Он, как и я, иностранные языки учил по ссылкам в трехтомнике Пушкина. Что отличает Кузьменкова от иных в правильную сторону?.. Он считает, что приобретенные знания не следует ставить под спуд, а следует передавать далее, это ведь и есть осколки тайного света с Запада в кириллической каше. Кузьменков вообще это такой тип пишущего (писучего) читателя, который удовольствия от текста не получает отнюдь, зато мгновенно соображает, как это устроено, и, прочтя из 500-страничного романа две страницы, остальные 498 может написать сам, и получится не хуже, да иншэ. В итоге кедры стоят мамонтами, пармезан оказывается со слезой (вообще, у меня денег нет на пармезан, но люди рассказывали), Ватанабэ Садамаса из “Вакидзаси” даст хорошую фору “Модэ” Пасечника. Нота бэнэ, Владислав Витальич, одолжайтесь. Хай кидани говорят без падежей и без времен, гунны без падежей, но с временами, согдийцы по-русски, бактрийцы по-харьковски, и Букер в шляпе.

http://magazines.russ.ru/ural/2012/4/sh24.html

nandzed: (Default)

Как легко современное образование позволяет человеку щебетать о чём угодно такие благоглупости, как "новая метафизика". Даже если не смотреть на это с точки зрения опытов трансперсональной психологии, а просто посмотреть из сферы опыта тысячелетней практики созерцателей буддийских, хинду и суфиев. Всем этим нынешним щебетам не хватает главного - опыта мудрости. Оттого поэзии Степановой приписывается "новая метафизика", которая при этом почему-то выражается "лучше всего" пастернаковской фразой, что уже делает помянутую метафизику неактуальной (мягче - традиционной). Что до самой Степановой, то слова "Поэт — инструмент этики, ее подопытное животное, ее полигон для антропологических экспериментов" сами говорят обо всём - этот человек явно не осознаёт разницы между инструментом этики и объектом её приложения, приписывая эти функции одному и тому же.

Я вот о чём:

Read more... )

nandzed: (Default)
Говорить о неэффективности государства можно только с точки зрения структур, высших по отношению к государству. Люди же давно лишили себя возможности контакта с таким знанием для решения проблем государства и более частных структур и механизмов. Поэтому критика государства - хоть с точки зрения просвещённых декабристов, хоть с точки зрения митингующих на Болотной - не имеет практического смысла. И потому мы видим обычно либо утопичность, либо просто отсутствие каких-либо программных предложений у критиков Государства Российского. Критики рефлекторны, но не рефлектирующи. То есть пассивны в основе своей деятельности. Но при этом они ведут себя, как железнодорожная стрелка, которая воображает себя машинистом. Это вредное заблуждение.
nandzed: (Default)
К примеру, писатель начинает "Группа подростков чудом спаслась после авиакатастрофы на необитаемом острове". Ложь здесь - "чудом". Так отсекаются всевозможные условия и причины их спасения, предпосылки, а нам впаривается вариант "как бы живой" - мы должны проглотить "чудо"))).

Но раз спасшимся героям "отрезали" прошлое (а, вернее, писатель его не знает), то и всё дальнейшее просто лепет души энтаго писателя, а не следствие конкретных причин, и, значит, всё качество прозы попросту и напрямую - от качества жизни и опытов души писателя. А выдающихся людей, живущих качественно, не так уж много. Почему же все после этого говорят о мастерстве, но никто не говорит - мол, человечишко-то, писатель - дрянь, так себе?!
Потому что дрянь, следуя мысли Марка Шатуновского, не хочется приватизировать, то есть все эксперты внутренне, "хотением" всё прекрасно понимают, с чем имеют дело, но им тоже надо жить))). А потому они, усердно не замечая приватной дряни автора, приватизируют иное, превращая его в объекты своего профанализа.

Проблема лишь в том, что экспертам-аналитикам "для жизни" нужна мертвечинка - аналитическое препарирование требует преварительного убиения объекта. И вот она, мертвечинка -
профессиональное владение слогом, сюжетные технологии и прочий технический хлам. Хлам, потому что серый человек, овладевший технологиями, не придаёт им ценности - он не освещает их своим светом, поскольку нет у него этого света. Бездна. 

Это я к тому, что качество человека первично, нежели его навыки. Нужно быть выдающимся человеком. И в литературе тоже. А ничтожеств в литературу влилось так много нынче, потому что это выгодно всем участникам - приватизаторам литпроцесса. Жить-то надо... Ибо каждая система рано или поздно начинает преследовать лишь цели собственного выживания.

nandzed: (Default)

Читаю четвёртый номер "Полилога". Первая статья - некоего Владислава Кулакова, "Стихи после стихов", читаю:

"У первых двух послесталинских литературных поколений (появившихся на свет еще при Сталине) «косноязычие рождения» было таким абсолютным, что, казалось, вообще нет никаких шансов на обретение языка".

Почему г-н критик так говорит, словно у абсолюта есть степени, а абсолютным можно быть более или менее, или "совсем абсолютным? По-моему, это глупость. Вдвойне странно, что это у человека, который занят наблюдениями за литературой.
И ведь это не ошибка-описка - это человек так думает, это качество его ума. Господи, да где вас всех делали, на какой суконной фабрике?
nandzed: (Default)
Год назад в этот день я писал: "Ахматовский стих беспощаден в своей точности бытия для хорошего слуха! Как я понимаю Айхенвальда с его "Да, в Анне Ахматовой не умер Пушкин, не умерло все то благословенное, что связано с ним, Александром Благословенным"! Правда, он столь же щедр и на видение связей с иконописной северной Русью, библейской Песнью Песней и т. д. Отсюда очевидное - Айхенвальд как критик был очень щедр вообще. И второе - интересно, что в устах современной критики набор таких связей звучит чаще как признак вторичности текста, тогда как во время оно - напротив, как признак первородства".

Интересно, почему я решил, что такие связи воспримутся как вторичность поэтики? Наверное потому, что мало кто не цитирует, не поминает, удобно устроив личный быт  в "экологической нише", а всерьёз переживает как опыт личной жизни. Что интересно - редко поэтический талант всерьёз пробуждает на свет эту древнюю драму во всём её бездонном ужасе, но довольно часто её всерьёз переживают люди, лишённые крупного таланта. Критика неосознанно учитывает эту статистику? Правда, расплодившаяся псевдокорректность не даёт критикам говорить правду насчёт вторичности так же часто, как они её видят.



January 2013

S M T W T F S
   1 2 3 4 5
6 7 8 9 101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 10:31 pm
Powered by Dreamwidth Studios