Две победы Константина Васильева

[nandzed]

О Константине Васильеве. Преамбула

Скоро его 70-летний юбилей. И надо сказать, что Константин Васильев - пока последний художник, живший в России, которого в России массово знают. Глазунов и Шилов это такие брэнды, но попроси перечислить их картины - будут мяться, не вспомнят. А Васильева вспомнят и назовут чуть ли не всего. О нем нужно говорить много и нетрадиционно. Пока преамбула.

Константин Васильев угадал две вещи. Во-первых, он понял, каковы будут мифы современной России.


Искусство в массовом сознании русских будет олицетворять Достоевский, победу в войне - Жуков, а сама война будет иметь черты архетипического сражения былинных богатырей со сказочными чудищами. Русско-советский солдат приобретет у него черты тевтонско-арийского воина, роль остальных народов в победе будет уменьшена до нуля (победили, разумеется, славянские белокурые бестии), а музыка той войны представляет собою смесь Шостаковича и Вагнера. Васильев это осуществившийся в России Третий Рейх - славянское эстетическое сознание, полоненное германской мифологией.

Но отсюда, во-вторых, еще одна угадка Васильева. Он первый в русском искусстве представил то славяно-германское единство, которое реально существовало до крещения Руси и следы которого можно обнаружить в памятниках русского Севера (да хоть бы и в Старой Ладоге). Мифологическое сознание художника довело его до глубин исторической памяти, до той эпохи, когда не было еще представлений о варягах как о чем-то принципиально чуждом славянам.
В результате можно сказать, что провидение Васильева привело его в две различные эпохи - в докрещенскую Русь Рюрика и Олега и в нашу эпоху имен-брендов с ее увлечением нацистско-арийской символикой (о чем красноречиво говорит хотя бы фасон фуражек у современных российских офицеров). Васильев не был советским, православным, не был даже русским в имперском смысле этого слова. Не был он и почвенником-деревенщиком. Скорее даже можно назвать его ретро-западником. Его мироощущение в живописи сродни башлачевскому в поэзии: он обрабатывает фольклор, уже переваренный фольклористами, т.е. работает со вторичными мифами филологии и музыковедения. Результатом такой обработки, как правило, является китч. Но у Васильева происходит чудо: вместа китча, пользуясь только средствами театрального декоратора, он создает подлинные произведения искусства. Там, где не хватает ремесла, помогает та самая духовная сосредоточенность, то созерцание, о котором современные художники если и говорят, то с насмешкой.

В современной культуре искусство Васильева выживает не только как зеркало массового сознания, но и как указание на то прошедшее, которое поможет русскому человеку выйти из тупиков большевизма, царизма, нацизма и множества других отработанных маршрутов.


Оригинал взят у sinitzat в Который помнил

Васильев Константин Алексеевич (1942-1976). Автопортрет
(альбом художника)

Вот еще человек, который помнил:

ВИДЕНИЯ НА ХОЛМЕ

Взбегу на холм
и упаду
в траву.
И древностью повеет вдруг из дола.
И вдруг картины грозного раздора
Я в этот миг увижу наяву.
Пустынный свет на звездных берегах
И вереницы птиц твоих, Россия,
Затмит на миг
В крови и жемчугах
Тупой башмак скуластого Батыя!..

Россия, Русь — куда я ни взгляну...
За все твои страдания и битвы —
Люблю твою, Россия, старину,
Твои огни, погосты и молитвы,
Люблю твои избушки и цветы,
И небеса, горящие от зноя,
И шепот ив у омутной воды,
Люблю навек, до вечного покоя...
Россия, Русь! Храни себя, храни!
Смотри опять в леса твои и долы
Со всех сторон нагрянули они,
Иных времен татары и монголы.
Они несут на флагах чёрный крест,
Они крестами небо закрестили,
И не леса мне видятся окрест,
А лес крестов
в окрестностях
России...
Кресты, кресты...

Я больше не могу!
Я резко отниму от глаз ладони
И вдруг увижу: смирно на лугу
Траву жуют стреноженные кони.
Заржут они - и где-то у осин
Подхватит это медленное ржанье,
И надо мной —
бессмертных звёзд Руси,
Высоких звезд покойное мерцанье...

========================