
Есть и еще три вида: письменные знаки, ясное созерцание, истинно–сущее. Если стремиться к письменным знакам, то это — изгибы голоса, непротивопоставленные и беспрепятственные. Рождаясь от сочетания бумаги и туши, они вновь [возникают] на том же месте. Их следует искать среди кистей, бумаги и ученых мужей. Если стремиться к ясному созерцанию, то здесь сердце, способное созерцать, и созерцаемые вещи, у которых нет ни обликов (рупа), ни форм. Кто возьмет [такое], кто получит? Если стремиться к истинно–сущему, то у принципа истинно–сущего нет названных обликов. Облики же без названий есть полная пустота и «темные собрания». В таких местах есть лишь пустота, и их не ищут вовне.