Лама Вангду: практика на 108 кладбищах
Jul. 9th, 2012 12:38 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nandzedОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
aniezka в Лама Вангду: практика на 108 кладбищах
Практика и пророчество
Путешествие на 108 кладбищ
После увольнения из управления Шика, я смог позволить себе снова сконцентрироваться на практике медитации. Я отправлялся в паломничество и провел много времени в ретритах в пещерах, включая выполнение известной практики «пять стотысячных» (нёндро): 100 000 простираний, 100 000 подношений мандалы, 100 000 мантр Ваджрасаттвы,1 200 000 мантра Гуру Ринпоче. Моя жена также выполнила 100 000 простираний и занималась чтением мантр. Она задержалась с выполнением практики подношения мандалы, но, в конце концов, все же завершила ее. Затем мы отправились вместе в пещеру под названием Кья-Шук, бывшую некогда ретритным местом для Репа Шива О – знаменитого ученика Миларепы. Мы оставались там и практиковали всю зиму. Однако моя жена забеременела, и, с приходом весны, я вернулся к своему ламе, а она отправилась в свою семью.
Монастырь моего учителя, Наптра Ринпоче, располагался на горном хребте, состоящем их семи вершин, которые местные называли «Семь братьев». Гора, на которой был расположен монастырь моего ламы, называлась Бутра Пундун. Два сияющих озера украшали эту высоту: Белое озеро и Черное. Есть народная песня об этих озерах: «Не говори, что на священном горном хребте Ципри нет сокровищ, если Белое озеро и Черное озеро нельзя назвать драгоценностями, то назвать драгоценностью нельзя ничто».
Однажды, когда мы сидели вместе, мой лама сказал мне очень серьезно: «Обычно ученики должны выполнить предварительные практики три раза прежде чем получить определенные учения. Но этот год очень важен. Несмотря на то, что ты завершил лишь два нендро, я собираюсь дать тебе Посвящение прямо сейчас. Нельзя терять время!».
После получения особых наставлений, ца-лунг (практика с каналами) и Пхова (перенос сознания), лама дал мне полное посвящение, передачу и объяснения практики Чод. Затем он отправил меня, и сорок других учеников, практиковать в горы на 7-ми дневный ретрит. Мы имели при себе лишь свои ритуальные инструменты: ганлин – труба из бедренной кости и дамару – ручной барабан.
Когда мы остановились рядом с Белым и Черным озерами, неожиданно пошел сильный град, как знак нашей успешной практики. По завершении недели всех учеников отправили домой, но лама сказал, что я должен остаться один и практиковать еще три дня. После этого он сказал мне прийти к нему, там он поднес мне большой ритуальный пирог и сказал: «В течение одного месяца мы изучали практику Чод, а затем практиковали его в горах10 дней. В западном Тибете, откуда я родом, существует традиция посещения 108 кладбищ для практики чод в течение трех месяцев и десяти дней». С этими словами мой лама отправил меня в незабываемое путешествие.
Путешествие начинается
Восходя из монастыря в направлении священного горного хребта Ципри, необходимо пересечь место под названием Чанг Ла. Если продвигаться по гребню, можно дойти до священного кладбища близ монастыря, известного как Сингатрак. Там я провел ночь в доме одного человека по имени Аку Сангпо. Аку Сангпо жил со своей матерью, и бесконечно готовил чай для посетителей, а также заботился о храме. В его работу также входило постоянно вращать молитвенный барабан, пока его друзья читали религиозные тексты. Он был очень щедрым человеком, а также очень разговорчивым.
«Ты должно быть очень устал таскать свой рюкзак», - сказал он. «Давай выпьем чайник чая и ты можешь остаться здесь на ночлег». Пока мы с Сангпо разговаривали о буддизме, его мать открывала небольшой пакетик с маслом и отрезала половину, чтобы заварить чай с маслом, оставив другую половину во дворе. Принеся нам закуски, она села рядом и стала слушать наши разговоры. Вдруг со двора донесся какой-то шум, но мы остались на своих местах, поскольку были поглощены разговором.
Когда мать вышла, чтобы заварить еще чаю, она обнаружила, что все масло исчезло. Его съели птицы. Войдя в комнату с пустым чайником в руках, она воскликнула: «Масла больше не осталось! Его полностью съели вороны!» Сын отругал ее за то, что она не позаботилась о продуктах должным образом, а я почувствовал, что это был очень ироничный знак.
«Мы только что говорили о практике Чод», - сказал я Сангпо, - «в которой все тело, кровь и плоть, раздается в качестве подношения. Какое, в таком случае, имеет значение, если пол горшка масла пропало?»
«А ведь правда!», - сказал он и мы разразились смехом.
После ужина я отправился на кладбище практиковать. Ночь я провел, не получив каких-либо особых знаков. Наутро я встал и отправился помочиться, и вдруг вдалеке увидел небольшую вспышку света, как огонь. Отправившись посмотреть, в чем дело, я нашел небольшой белый камень в форуме раковины. Я посчитал это за благоприятный знак и носил этот предмет с собой весь день.
Затем я отправился в Дзомо Корва на горе Ципри. Там располагалась деревня под названием Не-Сар, и я посетил местный монастырь Чуцанг. Там я смог выразить свое почтение статуе Тары по имени «Санг-Сум Дролма-Сум чё» - три секретных места тридцати Тар. Считалось, что эта статуя разговаривала. Я также посетил священные захоронения в Чарок Дзонг.
Отсюда я продолжил движение в направлении монастыря Шелкар, который был с левой стороны горы. Я обошел гору вокруг и посетил кладбище Дупде. Пересекая перевал, я наткнулся на еще одно кладбище под названием Лоло. В этом месте из земли изливался горячий источник, а над ним располагалась большая и красивая пещера. В ней жил отшельник по имени Геше.
Очень высокий, он носил одежды мирянина. Местные жители имели сильную веру в этого простого человека. Его единственными спутниками были три овцы, которые жили перед пещерой и питались травой и остатками заварки. На самом деле, в пещере Геше всегда заваривалось три больших чайника, несмотря на то, что жил он один. Он всегда подавал вкуснейший чай и настаивал, чтобы его посетители пили много чая. Если ему предлагали деньги или материальную помощь, он просто отдавал все это в монастырь в обмен на масляные лампы. Единственным священным объектом, которым он владел, была каменная статуя Тары. Он так тщательно о ней заботился, что она была вся покрыта маслом, которое он использовал для чистки ее.
«Это мой самый священный объект», - объяснил он мне. Я попросил его дать мне учение, на что он ответил: «Я немного знаю о Чод, но я могу дать тебе практику Тары, так как Тара является моим главным божеством». Затем Геше посоветовал мне: «Если ты собираешься на кладбища практиковать Чод, тебе понадобятся одеяла и одежда, а также животные для переноса твоих вещей». Затем, искупавшись в горячем источнике, я пошел просить милостыню у местных жителей, и мне поднесли ячменную муку для моего дальнейшего путешествия.
Страшные места
В Шелкар располагался приток реки, куда люди сбрасывали мертвые тела. Люди побогаче отвозили своих мертвых в более святые места, такие как Дупде. Здесь же люди жили бедные, и поэтому просто скидывали трупы в открытую реку. Я провел там одну ночь: Это было, возможно, самое страшное захоронение из виденных мной, и у меня там было несколько чрезвычайно пугающих переживаний. Во-первых, там было много странных свистящих звуков. Появилось четыре или пять волков, а затем мертвые тела упали практически над тем местом, где я сидел. Когда я осмотрел это место утром, я нашел лишь три больших камня, трупов там не было!
Проходя Цамбулинг в сторону Гоцанг, я прибыл к горной пещере в самой середине горы Ципри. Ветер был настолько сильным, и в воздухе было так много пыли, что мне пришлось читать текст Прибежища, спрятавшись за большим камнем. На следующий день я заболел, но заставил себя идти дальше. Я дошел до небольшой горы под названием Кунцом Гьялпо. И хотя на вершине развевалось много молитвенных флажков, это было очень страшное место. Когда я попробовал забраться выше, прямо на меня сбежали два скелета. Я подумал: «Это место - подлинная Ньенса!» (место силы для практиков чод, полное духов и привидений, - прим. Aniezka). Я тут же достал ганлин и дамару и начал практику. Затем вдруг поднялся ослепляющий шторм из пыли, и демоны исчезли из виду.
Я расставил свою палатку на вершине горы для практики ритуала Чод. Но ночью поднялся сильный штормовой ветер, стустивший мою палатку вниз по склону. Я знал, что не смогу следовать за ней при той скорости, на которой она неслась, поэтому я просто решил не думать пока о палатке, и остался на вершине горы, делая свою практику. Однако в ранние утренние часы мне приснилось, что появился человек, одетый в белое, и положил мне на подушку подарок. Когда же я проснулся, то обнаружил белую сумку, в которой было немного ячменя, а также пять или шесть тибетских монет. Поскольку мне показалось, что это упало откуда-то со стороны молитвенных флажков, я вернул сумку на то место. Затем я отправился на поиски своей палатки и нашел ее глубоко в лесах, наполовину покрытую песком. К счастью, мне удалось ее достать и снова установить.
Однажды я встретил монахиню, которая шла с 10-15-тью овцами и читала молитвы. «У каждой из моих овец есть имя», - сказала она мне, взглянув на них с нежностью. Я сразу же вспомнил о совете Геше о том, что мне понадобятся животные, чтобы перевозить мои одеяла и провизию. «Я собираюсь посетить сто кладбищ для практики Чод», - сказал я ей, - «мне нужно несколько овец для перевозки моих вещей. Не могла бы ты дать мне одну или две овцы?»
Но она ответила: «Я слишком сильно люблю своих овец, и не могу отдать ни одну».
Мы дошли вместе до местного монастыря Кьецанг гомпа, болтая по пути. «Я из Кхапма и я люблю Чод. Если ты практик, можешь ли ты провести для меня ритуал?», - спросила она. Я провел практику Чод и станцевал ритуальный танец. Она была восхищена и подарила мне небольшую сумочку с ячменной мукой. Смотря на меня пристально, она сказала: «Теперь я вижу, что ты честный практик и не съешь мою овцу, если я тебе ее отдам. Мою старшую овцу звать Тарчин Норбу (совершенная драгоценность). Она питается только ячменной мукой. Ты должен очень хорошо о ней заботиться!». Говоря так, она показала мне свою старшую овцу. Овца была очень большая с огромными рогами, с белым телом, черным лицом и ногами. Эта умная овца могла, на самом деле, понимать мои слова. Если я ей говорил: «Иди поешь травы», - она так и поступала. А если я говорил: «Иди сюда и ложись спать», - она следовала моей команде.
Я обнаружил, что в том монастыре жил большой лама по имени Трипон Ринпоче. Этой ночью я оставил свою овцу, Норбу, у монаха, жившего в пещере под монастырем Кьецанг, и на следующий день отправился повидать Ринпоче. К сожалению, Ринпоче отсутствовал – он был в ретрите. Но они прислал мне сообщение через своих помощников, сказав, что я должен встретиться с другим ламой, живущим неподалеку, объяснив, что «это будет то же самое, что увидеться со мной». И так я готовился к встрече с Кушап Лама. Когда я пришел к нему, то застал его за поеданием пирожных с сумкой ячменной муки рядом с ним. Он был не очень стар и оказался родом из Кхама.
«Откуда ты?», - спросил он.
«Я ученик Наптра Ринпоче, и он наказал мне посетить сотню кладбищ. Могли бы вы дать мне какие-нибудь передачи или практики?»
«Это прекрасно!», - сказал он. «Я впервые слышу, чтобы практикующий из Дингри выполнял эту практику посещения сотни мест. Если ты можешь исполнить пожелания своего мастера – этого достаточно. У меня нет для тебя других наставлений». Затем он дал мне длинный защитный шнурок. «Если ты намерен совершить эту практику, готовься к тому, что будет много трудностей. Пожалуйста, возьми с собой эту ячменную муку». Я заметил, что он не был богат и жил как простой йогин.
Я ответил: «У меня достаточно муки», - и вернул подарок.
«Ты кажешься мне особенным человеком. Это благоприятно, что я тебя встретил», - таковы были его прощальные слова.
Продолжение следует...
Перевод: Aniezka
Предыдущая часть здесь
aniezka в Лама Вангду: практика на 108 кладбищахПрактика и пророчество
Путешествие на 108 кладбищ
После увольнения из управления Шика, я смог позволить себе снова сконцентрироваться на практике медитации. Я отправлялся в паломничество и провел много времени в ретритах в пещерах, включая выполнение известной практики «пять стотысячных» (нёндро): 100 000 простираний, 100 000 подношений мандалы, 100 000 мантр Ваджрасаттвы,1 200 000 мантра Гуру Ринпоче. Моя жена также выполнила 100 000 простираний и занималась чтением мантр. Она задержалась с выполнением практики подношения мандалы, но, в конце концов, все же завершила ее. Затем мы отправились вместе в пещеру под названием Кья-Шук, бывшую некогда ретритным местом для Репа Шива О – знаменитого ученика Миларепы. Мы оставались там и практиковали всю зиму. Однако моя жена забеременела, и, с приходом весны, я вернулся к своему ламе, а она отправилась в свою семью.
Монастырь моего учителя, Наптра Ринпоче, располагался на горном хребте, состоящем их семи вершин, которые местные называли «Семь братьев». Гора, на которой был расположен монастырь моего ламы, называлась Бутра Пундун. Два сияющих озера украшали эту высоту: Белое озеро и Черное. Есть народная песня об этих озерах: «Не говори, что на священном горном хребте Ципри нет сокровищ, если Белое озеро и Черное озеро нельзя назвать драгоценностями, то назвать драгоценностью нельзя ничто».
Однажды, когда мы сидели вместе, мой лама сказал мне очень серьезно: «Обычно ученики должны выполнить предварительные практики три раза прежде чем получить определенные учения. Но этот год очень важен. Несмотря на то, что ты завершил лишь два нендро, я собираюсь дать тебе Посвящение прямо сейчас. Нельзя терять время!».
После получения особых наставлений, ца-лунг (практика с каналами) и Пхова (перенос сознания), лама дал мне полное посвящение, передачу и объяснения практики Чод. Затем он отправил меня, и сорок других учеников, практиковать в горы на 7-ми дневный ретрит. Мы имели при себе лишь свои ритуальные инструменты: ганлин – труба из бедренной кости и дамару – ручной барабан.
Когда мы остановились рядом с Белым и Черным озерами, неожиданно пошел сильный град, как знак нашей успешной практики. По завершении недели всех учеников отправили домой, но лама сказал, что я должен остаться один и практиковать еще три дня. После этого он сказал мне прийти к нему, там он поднес мне большой ритуальный пирог и сказал: «В течение одного месяца мы изучали практику Чод, а затем практиковали его в горах10 дней. В западном Тибете, откуда я родом, существует традиция посещения 108 кладбищ для практики чод в течение трех месяцев и десяти дней». С этими словами мой лама отправил меня в незабываемое путешествие.
Путешествие начинается
Восходя из монастыря в направлении священного горного хребта Ципри, необходимо пересечь место под названием Чанг Ла. Если продвигаться по гребню, можно дойти до священного кладбища близ монастыря, известного как Сингатрак. Там я провел ночь в доме одного человека по имени Аку Сангпо. Аку Сангпо жил со своей матерью, и бесконечно готовил чай для посетителей, а также заботился о храме. В его работу также входило постоянно вращать молитвенный барабан, пока его друзья читали религиозные тексты. Он был очень щедрым человеком, а также очень разговорчивым.
«Ты должно быть очень устал таскать свой рюкзак», - сказал он. «Давай выпьем чайник чая и ты можешь остаться здесь на ночлег». Пока мы с Сангпо разговаривали о буддизме, его мать открывала небольшой пакетик с маслом и отрезала половину, чтобы заварить чай с маслом, оставив другую половину во дворе. Принеся нам закуски, она села рядом и стала слушать наши разговоры. Вдруг со двора донесся какой-то шум, но мы остались на своих местах, поскольку были поглощены разговором.
Когда мать вышла, чтобы заварить еще чаю, она обнаружила, что все масло исчезло. Его съели птицы. Войдя в комнату с пустым чайником в руках, она воскликнула: «Масла больше не осталось! Его полностью съели вороны!» Сын отругал ее за то, что она не позаботилась о продуктах должным образом, а я почувствовал, что это был очень ироничный знак.
«Мы только что говорили о практике Чод», - сказал я Сангпо, - «в которой все тело, кровь и плоть, раздается в качестве подношения. Какое, в таком случае, имеет значение, если пол горшка масла пропало?»
«А ведь правда!», - сказал он и мы разразились смехом.
После ужина я отправился на кладбище практиковать. Ночь я провел, не получив каких-либо особых знаков. Наутро я встал и отправился помочиться, и вдруг вдалеке увидел небольшую вспышку света, как огонь. Отправившись посмотреть, в чем дело, я нашел небольшой белый камень в форуме раковины. Я посчитал это за благоприятный знак и носил этот предмет с собой весь день.
Затем я отправился в Дзомо Корва на горе Ципри. Там располагалась деревня под названием Не-Сар, и я посетил местный монастырь Чуцанг. Там я смог выразить свое почтение статуе Тары по имени «Санг-Сум Дролма-Сум чё» - три секретных места тридцати Тар. Считалось, что эта статуя разговаривала. Я также посетил священные захоронения в Чарок Дзонг.
Отсюда я продолжил движение в направлении монастыря Шелкар, который был с левой стороны горы. Я обошел гору вокруг и посетил кладбище Дупде. Пересекая перевал, я наткнулся на еще одно кладбище под названием Лоло. В этом месте из земли изливался горячий источник, а над ним располагалась большая и красивая пещера. В ней жил отшельник по имени Геше.
Очень высокий, он носил одежды мирянина. Местные жители имели сильную веру в этого простого человека. Его единственными спутниками были три овцы, которые жили перед пещерой и питались травой и остатками заварки. На самом деле, в пещере Геше всегда заваривалось три больших чайника, несмотря на то, что жил он один. Он всегда подавал вкуснейший чай и настаивал, чтобы его посетители пили много чая. Если ему предлагали деньги или материальную помощь, он просто отдавал все это в монастырь в обмен на масляные лампы. Единственным священным объектом, которым он владел, была каменная статуя Тары. Он так тщательно о ней заботился, что она была вся покрыта маслом, которое он использовал для чистки ее.
«Это мой самый священный объект», - объяснил он мне. Я попросил его дать мне учение, на что он ответил: «Я немного знаю о Чод, но я могу дать тебе практику Тары, так как Тара является моим главным божеством». Затем Геше посоветовал мне: «Если ты собираешься на кладбища практиковать Чод, тебе понадобятся одеяла и одежда, а также животные для переноса твоих вещей». Затем, искупавшись в горячем источнике, я пошел просить милостыню у местных жителей, и мне поднесли ячменную муку для моего дальнейшего путешествия.
Страшные места
В Шелкар располагался приток реки, куда люди сбрасывали мертвые тела. Люди побогаче отвозили своих мертвых в более святые места, такие как Дупде. Здесь же люди жили бедные, и поэтому просто скидывали трупы в открытую реку. Я провел там одну ночь: Это было, возможно, самое страшное захоронение из виденных мной, и у меня там было несколько чрезвычайно пугающих переживаний. Во-первых, там было много странных свистящих звуков. Появилось четыре или пять волков, а затем мертвые тела упали практически над тем местом, где я сидел. Когда я осмотрел это место утром, я нашел лишь три больших камня, трупов там не было!
Проходя Цамбулинг в сторону Гоцанг, я прибыл к горной пещере в самой середине горы Ципри. Ветер был настолько сильным, и в воздухе было так много пыли, что мне пришлось читать текст Прибежища, спрятавшись за большим камнем. На следующий день я заболел, но заставил себя идти дальше. Я дошел до небольшой горы под названием Кунцом Гьялпо. И хотя на вершине развевалось много молитвенных флажков, это было очень страшное место. Когда я попробовал забраться выше, прямо на меня сбежали два скелета. Я подумал: «Это место - подлинная Ньенса!» (место силы для практиков чод, полное духов и привидений, - прим. Aniezka). Я тут же достал ганлин и дамару и начал практику. Затем вдруг поднялся ослепляющий шторм из пыли, и демоны исчезли из виду.
Я расставил свою палатку на вершине горы для практики ритуала Чод. Но ночью поднялся сильный штормовой ветер, стустивший мою палатку вниз по склону. Я знал, что не смогу следовать за ней при той скорости, на которой она неслась, поэтому я просто решил не думать пока о палатке, и остался на вершине горы, делая свою практику. Однако в ранние утренние часы мне приснилось, что появился человек, одетый в белое, и положил мне на подушку подарок. Когда же я проснулся, то обнаружил белую сумку, в которой было немного ячменя, а также пять или шесть тибетских монет. Поскольку мне показалось, что это упало откуда-то со стороны молитвенных флажков, я вернул сумку на то место. Затем я отправился на поиски своей палатки и нашел ее глубоко в лесах, наполовину покрытую песком. К счастью, мне удалось ее достать и снова установить.
Однажды я встретил монахиню, которая шла с 10-15-тью овцами и читала молитвы. «У каждой из моих овец есть имя», - сказала она мне, взглянув на них с нежностью. Я сразу же вспомнил о совете Геше о том, что мне понадобятся животные, чтобы перевозить мои одеяла и провизию. «Я собираюсь посетить сто кладбищ для практики Чод», - сказал я ей, - «мне нужно несколько овец для перевозки моих вещей. Не могла бы ты дать мне одну или две овцы?»
Но она ответила: «Я слишком сильно люблю своих овец, и не могу отдать ни одну».
Мы дошли вместе до местного монастыря Кьецанг гомпа, болтая по пути. «Я из Кхапма и я люблю Чод. Если ты практик, можешь ли ты провести для меня ритуал?», - спросила она. Я провел практику Чод и станцевал ритуальный танец. Она была восхищена и подарила мне небольшую сумочку с ячменной мукой. Смотря на меня пристально, она сказала: «Теперь я вижу, что ты честный практик и не съешь мою овцу, если я тебе ее отдам. Мою старшую овцу звать Тарчин Норбу (совершенная драгоценность). Она питается только ячменной мукой. Ты должен очень хорошо о ней заботиться!». Говоря так, она показала мне свою старшую овцу. Овца была очень большая с огромными рогами, с белым телом, черным лицом и ногами. Эта умная овца могла, на самом деле, понимать мои слова. Если я ей говорил: «Иди поешь травы», - она так и поступала. А если я говорил: «Иди сюда и ложись спать», - она следовала моей команде.
Я обнаружил, что в том монастыре жил большой лама по имени Трипон Ринпоче. Этой ночью я оставил свою овцу, Норбу, у монаха, жившего в пещере под монастырем Кьецанг, и на следующий день отправился повидать Ринпоче. К сожалению, Ринпоче отсутствовал – он был в ретрите. Но они прислал мне сообщение через своих помощников, сказав, что я должен встретиться с другим ламой, живущим неподалеку, объяснив, что «это будет то же самое, что увидеться со мной». И так я готовился к встрече с Кушап Лама. Когда я пришел к нему, то застал его за поеданием пирожных с сумкой ячменной муки рядом с ним. Он был не очень стар и оказался родом из Кхама.
«Откуда ты?», - спросил он.
«Я ученик Наптра Ринпоче, и он наказал мне посетить сотню кладбищ. Могли бы вы дать мне какие-нибудь передачи или практики?»
«Это прекрасно!», - сказал он. «Я впервые слышу, чтобы практикующий из Дингри выполнял эту практику посещения сотни мест. Если ты можешь исполнить пожелания своего мастера – этого достаточно. У меня нет для тебя других наставлений». Затем он дал мне длинный защитный шнурок. «Если ты намерен совершить эту практику, готовься к тому, что будет много трудностей. Пожалуйста, возьми с собой эту ячменную муку». Я заметил, что он не был богат и жил как простой йогин.
Я ответил: «У меня достаточно муки», - и вернул подарок.
«Ты кажешься мне особенным человеком. Это благоприятно, что я тебя встретил», - таковы были его прощальные слова.
Продолжение следует...
Перевод: Aniezka
Предыдущая часть здесь
