![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nandzedОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
aniezka в Лама Вангду: целительство, видения и встреча с йогини
Целительство по дороге в Катманду
Когда я вернулся на рынок и встретил там своих друзей, они были совершенно погружены в работу. Им хорошо платили, они хорошо питались, и поэтому больше были не заинтересованы в отъезде. Но, так случилось, что я встретил еще одну супружескую пару из моей деревни, которые тоже собирались в Катманду, и мы решили идти вместе. Вначале мы прибыли в Чогшам, где остановились у одной семьи в деревянном доме. В семье был сын, который уже долгое время болел, а в тот момент, когда мы приехали, у него были сильнейшие боли. Всем казалось, что он вот-вот умрет. Естественно, семья этого мальчика спросила, мог бы я провести для них гадание и как-то помочь их больному сыну. Я ответил: «Не знаю насчет гадания, но я могу исполнить Чод».
Той ночью я делал свою практику. Все двери были закрыты, но, как только я закончил ритуал, основная дверь с резким грохотом распахнулась! Все очень испугались. «Не волнуйтесь», - сказал я им, - «демон покинул дом».
«Это правда?», - спрашивали они.
«Да, правда. Демон, который вредил вашему сыну, ушел». Затем мы все отправились спать. На следующее утро отец семьи подошел ко мне с ведром кукурузной муки и риса и сказал: «Мой сын абсолютно выздоровел. Спасибо тебе большое!» . Я взял для себя немного провизии, а остальное отдал своим товарищам по путешествию.
Затем мы добрались до рынка под названием Драм, что по другую сторону границы. Это, должно быть, был год 1958. В Драм я остановился в доме семьи Шерпа. Там была большая комната с кухней и спальным местом, которую семья сдавала в аренду путешественникам. У жены хозяина был десятимесячный ребенок. Они рассказали мне, что двое их сыновей умерли, не достигнув годовалого возраста. «Мы ожидаем, что этот ребенок также умрет. Один лама сказал нам, что если мы сделаем подношение 100 000 торма, наш сын выживет. Поэтому мы каждое утро делаем это подношение.
Поскольку ты знаком с этой практикой, не мог бы ты нам помочь поднести 100 000 торма для нашего сына?». Я согласился помочь, но как только увидел кухню, где мне предстояло сделать эти подношения, у меня было видение о многих путешественниках, останавливавшихся здесь. Они ели, распивали рисовое пиво, напивались и иногда дрались. Я объяснил хозяину, что нельзя делать здесь подношения, так как вся эта деятельность слишком разрушительна. Есть ли здесь более удаленное место для практики? Он сказал, что да, такое место было. На следующий день мы отправились искать подходящее место для практики.
У горы располагался монастырь и было несколько пещер, но в этих местах жило много народу. Чуть выше мы обнаружили укрытие из трех стен в тихом местечке с мягкой травой. «Отличное место, буду практиковать здесь», - решил я.
«Сюда могут прийти медведи и снежные леопарды, а твое укрытие не имеет двери! Это не безопасно для тебя», - предупредил хозяин.
«У меня есть небольшая палатка, которую я могу использовать в качестве двери. Если придет медведь или леопард, я стану дуть в ганлин». Но Шерпа все еще не был убежден. Я заверил его, что никакой проблемы не будет и снова заявил о своем желании остаться здесь. Следующим утром мы принесли продовольственные запасы на гору к моему убежищу.
Через четыре дня хозяин пришел проведать, как мои дела. Он открыл дверь-палатку с вытянутым ножом в руке, на случай, если внутри находится дикий зверь, пожирающий меня. «Я все еще здесь. Пожалуйста, не входите», - сказал я, и он робко спрятал нож. Через два или три визита, он стал меньше волноваться, что меня могут съесть дикие звери, и был доволен тем, что может навещать меня примерно раз в 10 дней.
Я хорошо устроился в своем пещерном жилье. Когда, в один прекрасный день, у меня закончились спички, я не мог больше разжигать огонь. Я не мог сделать себе чай, так что мне пришлось питаться лишь сырой мукой и пить воду. Через три дня я услышал, как к моему укрытию приближаются тибетцы. Они отворили мою дверь-палатку, и я увидел монаха и женщину в фартуке с термосом в руках. Сначала я решил, что возможно это демоны, но когда они приблизились, то заговорили: «О, здесь лама. Здесь лама». Я пригласил их внутрь и предложил сесть.
«Откуда ты?», - поинтересовались они.
«Я из Дингри».
«Ты монах из Ципри?», - спросила женщина.
«Нет. Мой лама – Наптра Ринпоче».
Затем она сказал мне: «Я из Ципри, я ученица Трипона Ринпоче. Вчера мы встретили члена семьи Шерпа, который сказал нам, что здесь проживает лама, которому он носит еду. Мы решили, что ты, должно быть, ученик Трипона Ринпоче, ведь кто бы еще остановился в таком далеком месте? Поэтому я и пришла сюда тебя повидать. Но, несмотря на то, что ты оказался учеником Наптра Ринпоче, это на самом деле не имеет значения. Пожалуйста, угощайся чаем». У них были с собой три спички и я, наконец, смог разжечь огонь.
«Ваш чай был великолепным, но ваши спички еще более прекрасны!», - шутил я.
Монах, который оказался геше, расспросил меня о моем происхождении, и я сказал ему, что родом из семьи Пенакпа. «О, Пенакпа был моим спонсором! Ты монах из монастыря Шелкар Чёде?»
«Нет», - я пытался избежать разговора на тему того, как я работал чиновником.
«Если ты не монах из монастыря Шелкар Чёде, то ты, должно быть, чернолицый лама!». Я был поражен – Геше знал мое детское прозвище! Затем он встал и сделал предо мной три простирания. «Ты был хорошим мальчиком, когда был маленький, но сейчас ты великий практик. Я провел много пудж в твоем доме и хорошо знаю твою семью. Ты не должен оставаться здесь. Если у тебя нет ковров, чтобы постелить на землю, ты скоро заболеешь. Я приготовлю для тебя хорошее место рядом с монастырем».
Предложение было очень заманчивым, но я сказал ему: «Я должен поднести 100 000 торма. Когда я закончу, я спущусь». Через пять дней я завершил эту практику и отправился в дом Геше.
Геше жил в большом доме. Он показал мне другой маленький домик, где я мог бы остановиться, но здание не выглядело безопасным – крыша была готова вот-вот обвалиться. На отдаленном холме я заметил молитвенные флажки и скамейки и сказал Геше, что я лучше остановлюсь там. «Зачем тебе останавливаться там? Там Шерпы проводят свои пуджи. Ты не боишься оставаться в таком месте?».
«Я много раз останавливался вот в таких священных местах. Я не боюсь». Я возвел свою палатку между скамейками-бревнами. Геше принес мне котелок для приготовления еды, немного мяса, и одеяла из шерсти длинношерстного яка, которые я использовал в качестве ковра. Он навещал меня ночью, и мы вместе пили рисовое пиво. Я провел там пять дней, но вскоре почувствовал сильную боль в ногах. Возможно, это произошло потому, что, как Геше правильно заметил, я долго обходился без ковра. Боль становилась такой сильной, что мне приходилось использовать палки для передвижения. Геше рекомендовал мне отправиться в Татопани, где находились горячие источники, которые могли бы облегчить мое состояние. У Геше была супруга, которая помогла мне донести мой багаж, и мы отправились в Татопани вместе.
Я прибыл в большой двухэтажный гестхауз, но поскольку у меня была сильная боль в колене, я остался на первом этаже. Также там проживали два непальца, один из которых был стариком со множеством ран. Вспоминая о нем сейчас, я понимаю, что у него, вероятнее всего, была проказа. Я жил вместе с ним в одной комнате. Мы очень подружились и делились друг с другом едой. Я читал мантры и дул на его раны, и мы мылись вместе в горячих источниках. Через 15 дней он практически выздоровел и отправился домой. Мне же пришлось там задержаться еще на месяц, прежде чем я также выздоровел.
Видения и шаманы
Прямо под Татопани пролегала широкая река, через которую не было моста. Чтобы люди могли перебираться с одного берега на другой, между двумя деревьями была натянута веревка, с которой свисала корзина. Чтобы пересечь реку на этой повозке, нужно было заплатить 12 центов. После того, как я благополучно перебрался на тот берег, я встретил тибетцев. Когда я спросил, куда они направляются, они ответили: «Мы возвращаемся в Тибет». Мы разошлись в разные стороны и, продолжая нести свой рюкзак, опираясь на палку, я продолжил свой путь вдоль берега реки в сторону Катманду. Но думая о том, что мои братья тибетцы сейчас идут на север, обратно в Тибет, я чувствовал грусть. Я остановился, присел на большой валун и принялся медитировать на Гуру Ринпоче. Вскоре, большое облако над отдаленной вершиной вдруг приняло образ самого Гуру Ринпоче, четко и ясно. Он был одет в синие одежды, на голове была лотосоподобная шапка, в левой руке у него были атрибуты святого, а правой он указывал путь, которым я должен идти. Я ощутил счастье и успокоение.
Я продолжил идти дальше по дороге. Когда я достиг высокого перевала, я увидел в отдалении белые домики, окруженные зеленым полем. Идя в направлении этой деревни, я повстречал старую женщину с седыми волосами, одетую в красное платье. Она тащила на своей спине корзину с травой. «Куда ты направляешься?», - поинтересовалась она на диалекте Шерпа.
«Я понятия не имею. Мне негде остановиться. Может, Вы знаете место, где я мог бы провести ночь?»
«Да, конечно», - ответила она с теплотой. Я проследовал за ней в ее дом с маленькими комнатенками, выходящими окнами на небольшой треугольный садик, где стояли две коровы, привязанные к столбу. Крыша дома была покрыта шифером, а внутри находился травяной матрас и немного дров рядом с каменным очагом. Я очень обрадовался, увидев этот матрас и очаг. «Это подойдет?», - спросила она.
«Да, мне очень здесь нравится!», - ответил я. Я, наконец, снял свой рюкзак и обессилевший прилег на матрас. Через некоторое время женщина принесла мне тарелку с кукурузным тестом и чашу с йогуртом, со словами: «Если тебе негде жить, ты можешь оставаться здесь столько, сколько пожелаешь. Я буду подносить тебе еду».
«Я останусь здесь немного, а затем отправлюсь в Катманду. Но позже я вернусь», - ответил я.
Я остановился в этом доме и практиковал здесь целый месяц. Меня очень радовал непальский пейзаж и домики. Все казалось таким волшебным и красивым.
Я отправился в Катманду с двумя тибетцами, с которыми познакомился в пути. Первым местом, куда мы добрались, было Намо Будда – священное место для буддистов. Там я исполнил подношение Чод. После этого, лама Таманг спросил меня, где я научился делать Чод. «Ты делаешь практику точь-в-точь, как мой лама Сурканг в Дингри. Поскольку ты знаешь эту практику, я позволю тебе остановиться здесь у меня», - сказал он. Я провел у него одну неделю и пообещал навестить его снова.
Затем я достиг Бодданатха – места с великой ступой. Там я провел месяц у старика, который изготавливал рисунки для гобеленов, а также заботился о ступе. Он был настолько добр, что давал мне пищу в течение всего моего пребывания у него. Из Бодды я направился в Джавалакхел и остановился в гестхаусе рядом с зоопарком.
Дальше я проследовал в Парпинг, где остановился в гестхаусе рядом с маленьким озером. Какие-то непальцы приходили ранним утром в храм для проведения пудж и церемоний, пели и играли на барабанах и колокольчиках. Там также жил старик, владевший единственным рестораном в деревне. Этот мужчина торговал мясом и рисовым пивом, а также регулярно посещал храм Ваджрайогини на холме. В то время там еще не было построено никаких монастырей, да и гестхаус был только один. Если не считать еще два или три дома, а также небольшой базар, Парпинг был фактически пустой. Утром единственными звуками, которые можно было услышать, было пение птиц и плеск воды в озере. Здесь было так тихо, что я провел в таком идиллическом Парпинге целый месяц.
Однажды ночью я делал Чод в скальных пещерах над храмом. Около одиннадцати ночи из кустов вдруг появился тигр. Он царапал землю и громко рычал. Я подул в свой ганлин, и зверь отскочил от пещер вниз к ручью.
На следующий день я решил спуститься вниз через лес и осмотреть окрестности. Когда я зашел в чашу, я увидел красное сияние между ветвями. Когда я подошел ближе, я понял, что это был небольшой костер. Рядом с большим деревом и раскаленными углями на траве лежала женщина. Она была совершенно обнажена и покрыта пеплом. Вокруг шеи у нее висели четки. Рядом с ней на земле лежала палка-трость. Вокруг женщины и костра была натянута красная веревка. Эта странствующая йогини, женщина-гуру медитации, заговорила со мной на непальском: «Что бы ты ни делал, пожалуйста, не переходи веревку». Я подумал, что она, должно быть, является манифестацией Ваджрайогини или Дордже Пагмо, и очень обрадовался.
«Откуда ты родом?», - спросила она.
«Я пришел из Тибета. Но что ты здесь делаешь?»
«Я пытаюсь вызвать дождь».
«Прошлой ночью был сильный шум. Что это было?»
«Это были звуки тигра. Ты испугался?», - спросила йогини.
«Да».
«Чего бояться? Ты был защищен скальными пещерами. Я же находилась лишь под укрытием больших деревьев, но не испытывала страха».
Позже несколько непальцев пришли и принесли ей фрукты. Она надела красные одежды и ушла с ними. Следующей же ночью пошел очень сильный дождь.
Позднее я узнал, что эта женщина также получала учения у моего ламы, Наптра Ринпоче, во время его визита в Непал. Поскольку она умела вызывать дождь, король Непала назначил ее на особую должность, и она могла заходить во дворец в любое время. Она просила у правительства разрешения построить монастыри, и получила имя Ама Дэви. Позже я видел ее на фото вместе с королем: она носила свои длинные волосы подобно Шиве, держа ритуальный предмет в правой руке и вазу долгой жизни в левой.
Продолжение следует...
Перевод: Aniezka
Предыдущая часть здесь
aniezka в Лама Вангду: целительство, видения и встреча с йогиниЦелительство по дороге в Катманду
Когда я вернулся на рынок и встретил там своих друзей, они были совершенно погружены в работу. Им хорошо платили, они хорошо питались, и поэтому больше были не заинтересованы в отъезде. Но, так случилось, что я встретил еще одну супружескую пару из моей деревни, которые тоже собирались в Катманду, и мы решили идти вместе. Вначале мы прибыли в Чогшам, где остановились у одной семьи в деревянном доме. В семье был сын, который уже долгое время болел, а в тот момент, когда мы приехали, у него были сильнейшие боли. Всем казалось, что он вот-вот умрет. Естественно, семья этого мальчика спросила, мог бы я провести для них гадание и как-то помочь их больному сыну. Я ответил: «Не знаю насчет гадания, но я могу исполнить Чод».
Той ночью я делал свою практику. Все двери были закрыты, но, как только я закончил ритуал, основная дверь с резким грохотом распахнулась! Все очень испугались. «Не волнуйтесь», - сказал я им, - «демон покинул дом».
«Это правда?», - спрашивали они.
«Да, правда. Демон, который вредил вашему сыну, ушел». Затем мы все отправились спать. На следующее утро отец семьи подошел ко мне с ведром кукурузной муки и риса и сказал: «Мой сын абсолютно выздоровел. Спасибо тебе большое!» . Я взял для себя немного провизии, а остальное отдал своим товарищам по путешествию.
Затем мы добрались до рынка под названием Драм, что по другую сторону границы. Это, должно быть, был год 1958. В Драм я остановился в доме семьи Шерпа. Там была большая комната с кухней и спальным местом, которую семья сдавала в аренду путешественникам. У жены хозяина был десятимесячный ребенок. Они рассказали мне, что двое их сыновей умерли, не достигнув годовалого возраста. «Мы ожидаем, что этот ребенок также умрет. Один лама сказал нам, что если мы сделаем подношение 100 000 торма, наш сын выживет. Поэтому мы каждое утро делаем это подношение.
Поскольку ты знаком с этой практикой, не мог бы ты нам помочь поднести 100 000 торма для нашего сына?». Я согласился помочь, но как только увидел кухню, где мне предстояло сделать эти подношения, у меня было видение о многих путешественниках, останавливавшихся здесь. Они ели, распивали рисовое пиво, напивались и иногда дрались. Я объяснил хозяину, что нельзя делать здесь подношения, так как вся эта деятельность слишком разрушительна. Есть ли здесь более удаленное место для практики? Он сказал, что да, такое место было. На следующий день мы отправились искать подходящее место для практики.
У горы располагался монастырь и было несколько пещер, но в этих местах жило много народу. Чуть выше мы обнаружили укрытие из трех стен в тихом местечке с мягкой травой. «Отличное место, буду практиковать здесь», - решил я.
«Сюда могут прийти медведи и снежные леопарды, а твое укрытие не имеет двери! Это не безопасно для тебя», - предупредил хозяин.
«У меня есть небольшая палатка, которую я могу использовать в качестве двери. Если придет медведь или леопард, я стану дуть в ганлин». Но Шерпа все еще не был убежден. Я заверил его, что никакой проблемы не будет и снова заявил о своем желании остаться здесь. Следующим утром мы принесли продовольственные запасы на гору к моему убежищу.
Через четыре дня хозяин пришел проведать, как мои дела. Он открыл дверь-палатку с вытянутым ножом в руке, на случай, если внутри находится дикий зверь, пожирающий меня. «Я все еще здесь. Пожалуйста, не входите», - сказал я, и он робко спрятал нож. Через два или три визита, он стал меньше волноваться, что меня могут съесть дикие звери, и был доволен тем, что может навещать меня примерно раз в 10 дней.
Я хорошо устроился в своем пещерном жилье. Когда, в один прекрасный день, у меня закончились спички, я не мог больше разжигать огонь. Я не мог сделать себе чай, так что мне пришлось питаться лишь сырой мукой и пить воду. Через три дня я услышал, как к моему укрытию приближаются тибетцы. Они отворили мою дверь-палатку, и я увидел монаха и женщину в фартуке с термосом в руках. Сначала я решил, что возможно это демоны, но когда они приблизились, то заговорили: «О, здесь лама. Здесь лама». Я пригласил их внутрь и предложил сесть.
«Откуда ты?», - поинтересовались они.
«Я из Дингри».
«Ты монах из Ципри?», - спросила женщина.
«Нет. Мой лама – Наптра Ринпоче».
Затем она сказал мне: «Я из Ципри, я ученица Трипона Ринпоче. Вчера мы встретили члена семьи Шерпа, который сказал нам, что здесь проживает лама, которому он носит еду. Мы решили, что ты, должно быть, ученик Трипона Ринпоче, ведь кто бы еще остановился в таком далеком месте? Поэтому я и пришла сюда тебя повидать. Но, несмотря на то, что ты оказался учеником Наптра Ринпоче, это на самом деле не имеет значения. Пожалуйста, угощайся чаем». У них были с собой три спички и я, наконец, смог разжечь огонь.
«Ваш чай был великолепным, но ваши спички еще более прекрасны!», - шутил я.
Монах, который оказался геше, расспросил меня о моем происхождении, и я сказал ему, что родом из семьи Пенакпа. «О, Пенакпа был моим спонсором! Ты монах из монастыря Шелкар Чёде?»
«Нет», - я пытался избежать разговора на тему того, как я работал чиновником.
«Если ты не монах из монастыря Шелкар Чёде, то ты, должно быть, чернолицый лама!». Я был поражен – Геше знал мое детское прозвище! Затем он встал и сделал предо мной три простирания. «Ты был хорошим мальчиком, когда был маленький, но сейчас ты великий практик. Я провел много пудж в твоем доме и хорошо знаю твою семью. Ты не должен оставаться здесь. Если у тебя нет ковров, чтобы постелить на землю, ты скоро заболеешь. Я приготовлю для тебя хорошее место рядом с монастырем».
Предложение было очень заманчивым, но я сказал ему: «Я должен поднести 100 000 торма. Когда я закончу, я спущусь». Через пять дней я завершил эту практику и отправился в дом Геше.
Геше жил в большом доме. Он показал мне другой маленький домик, где я мог бы остановиться, но здание не выглядело безопасным – крыша была готова вот-вот обвалиться. На отдаленном холме я заметил молитвенные флажки и скамейки и сказал Геше, что я лучше остановлюсь там. «Зачем тебе останавливаться там? Там Шерпы проводят свои пуджи. Ты не боишься оставаться в таком месте?».
«Я много раз останавливался вот в таких священных местах. Я не боюсь». Я возвел свою палатку между скамейками-бревнами. Геше принес мне котелок для приготовления еды, немного мяса, и одеяла из шерсти длинношерстного яка, которые я использовал в качестве ковра. Он навещал меня ночью, и мы вместе пили рисовое пиво. Я провел там пять дней, но вскоре почувствовал сильную боль в ногах. Возможно, это произошло потому, что, как Геше правильно заметил, я долго обходился без ковра. Боль становилась такой сильной, что мне приходилось использовать палки для передвижения. Геше рекомендовал мне отправиться в Татопани, где находились горячие источники, которые могли бы облегчить мое состояние. У Геше была супруга, которая помогла мне донести мой багаж, и мы отправились в Татопани вместе.
Я прибыл в большой двухэтажный гестхауз, но поскольку у меня была сильная боль в колене, я остался на первом этаже. Также там проживали два непальца, один из которых был стариком со множеством ран. Вспоминая о нем сейчас, я понимаю, что у него, вероятнее всего, была проказа. Я жил вместе с ним в одной комнате. Мы очень подружились и делились друг с другом едой. Я читал мантры и дул на его раны, и мы мылись вместе в горячих источниках. Через 15 дней он практически выздоровел и отправился домой. Мне же пришлось там задержаться еще на месяц, прежде чем я также выздоровел.
Видения и шаманы
Прямо под Татопани пролегала широкая река, через которую не было моста. Чтобы люди могли перебираться с одного берега на другой, между двумя деревьями была натянута веревка, с которой свисала корзина. Чтобы пересечь реку на этой повозке, нужно было заплатить 12 центов. После того, как я благополучно перебрался на тот берег, я встретил тибетцев. Когда я спросил, куда они направляются, они ответили: «Мы возвращаемся в Тибет». Мы разошлись в разные стороны и, продолжая нести свой рюкзак, опираясь на палку, я продолжил свой путь вдоль берега реки в сторону Катманду. Но думая о том, что мои братья тибетцы сейчас идут на север, обратно в Тибет, я чувствовал грусть. Я остановился, присел на большой валун и принялся медитировать на Гуру Ринпоче. Вскоре, большое облако над отдаленной вершиной вдруг приняло образ самого Гуру Ринпоче, четко и ясно. Он был одет в синие одежды, на голове была лотосоподобная шапка, в левой руке у него были атрибуты святого, а правой он указывал путь, которым я должен идти. Я ощутил счастье и успокоение.
Я продолжил идти дальше по дороге. Когда я достиг высокого перевала, я увидел в отдалении белые домики, окруженные зеленым полем. Идя в направлении этой деревни, я повстречал старую женщину с седыми волосами, одетую в красное платье. Она тащила на своей спине корзину с травой. «Куда ты направляешься?», - поинтересовалась она на диалекте Шерпа.
«Я понятия не имею. Мне негде остановиться. Может, Вы знаете место, где я мог бы провести ночь?»
«Да, конечно», - ответила она с теплотой. Я проследовал за ней в ее дом с маленькими комнатенками, выходящими окнами на небольшой треугольный садик, где стояли две коровы, привязанные к столбу. Крыша дома была покрыта шифером, а внутри находился травяной матрас и немного дров рядом с каменным очагом. Я очень обрадовался, увидев этот матрас и очаг. «Это подойдет?», - спросила она.
«Да, мне очень здесь нравится!», - ответил я. Я, наконец, снял свой рюкзак и обессилевший прилег на матрас. Через некоторое время женщина принесла мне тарелку с кукурузным тестом и чашу с йогуртом, со словами: «Если тебе негде жить, ты можешь оставаться здесь столько, сколько пожелаешь. Я буду подносить тебе еду».
«Я останусь здесь немного, а затем отправлюсь в Катманду. Но позже я вернусь», - ответил я.
Я остановился в этом доме и практиковал здесь целый месяц. Меня очень радовал непальский пейзаж и домики. Все казалось таким волшебным и красивым.
Я отправился в Катманду с двумя тибетцами, с которыми познакомился в пути. Первым местом, куда мы добрались, было Намо Будда – священное место для буддистов. Там я исполнил подношение Чод. После этого, лама Таманг спросил меня, где я научился делать Чод. «Ты делаешь практику точь-в-точь, как мой лама Сурканг в Дингри. Поскольку ты знаешь эту практику, я позволю тебе остановиться здесь у меня», - сказал он. Я провел у него одну неделю и пообещал навестить его снова.
Затем я достиг Бодданатха – места с великой ступой. Там я провел месяц у старика, который изготавливал рисунки для гобеленов, а также заботился о ступе. Он был настолько добр, что давал мне пищу в течение всего моего пребывания у него. Из Бодды я направился в Джавалакхел и остановился в гестхаусе рядом с зоопарком.
Дальше я проследовал в Парпинг, где остановился в гестхаусе рядом с маленьким озером. Какие-то непальцы приходили ранним утром в храм для проведения пудж и церемоний, пели и играли на барабанах и колокольчиках. Там также жил старик, владевший единственным рестораном в деревне. Этот мужчина торговал мясом и рисовым пивом, а также регулярно посещал храм Ваджрайогини на холме. В то время там еще не было построено никаких монастырей, да и гестхаус был только один. Если не считать еще два или три дома, а также небольшой базар, Парпинг был фактически пустой. Утром единственными звуками, которые можно было услышать, было пение птиц и плеск воды в озере. Здесь было так тихо, что я провел в таком идиллическом Парпинге целый месяц.
Однажды ночью я делал Чод в скальных пещерах над храмом. Около одиннадцати ночи из кустов вдруг появился тигр. Он царапал землю и громко рычал. Я подул в свой ганлин, и зверь отскочил от пещер вниз к ручью.
На следующий день я решил спуститься вниз через лес и осмотреть окрестности. Когда я зашел в чашу, я увидел красное сияние между ветвями. Когда я подошел ближе, я понял, что это был небольшой костер. Рядом с большим деревом и раскаленными углями на траве лежала женщина. Она была совершенно обнажена и покрыта пеплом. Вокруг шеи у нее висели четки. Рядом с ней на земле лежала палка-трость. Вокруг женщины и костра была натянута красная веревка. Эта странствующая йогини, женщина-гуру медитации, заговорила со мной на непальском: «Что бы ты ни делал, пожалуйста, не переходи веревку». Я подумал, что она, должно быть, является манифестацией Ваджрайогини или Дордже Пагмо, и очень обрадовался.
«Откуда ты родом?», - спросила она.
«Я пришел из Тибета. Но что ты здесь делаешь?»
«Я пытаюсь вызвать дождь».
«Прошлой ночью был сильный шум. Что это было?»
«Это были звуки тигра. Ты испугался?», - спросила йогини.
«Да».
«Чего бояться? Ты был защищен скальными пещерами. Я же находилась лишь под укрытием больших деревьев, но не испытывала страха».
Позже несколько непальцев пришли и принесли ей фрукты. Она надела красные одежды и ушла с ними. Следующей же ночью пошел очень сильный дождь.
Позднее я узнал, что эта женщина также получала учения у моего ламы, Наптра Ринпоче, во время его визита в Непал. Поскольку она умела вызывать дождь, король Непала назначил ее на особую должность, и она могла заходить во дворец в любое время. Она просила у правительства разрешения построить монастыри, и получила имя Ама Дэви. Позже я видел ее на фото вместе с королем: она носила свои длинные волосы подобно Шиве, держа ритуальный предмет в правой руке и вазу долгой жизни в левой.
Продолжение следует...
Перевод: Aniezka
Предыдущая часть здесь
