![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nandzedВстретил в одной статье:
"Мы рождаемся практически лишенными страха. Единственный страх, свойственный младенцам - это страх упасть с высоты и страх громких звуков".
Вряд ли мы рождаемся как tabula rasa, какой-то уж очень древний род заблуждения. Просто не возникает еще комплекса внутренних и внешних условий для проявления "индивидуальных" особенностей. Автор статьи искренне принимает формирование младенческого аппарата восприятия за социальную эволюцию некоей личности. Хотя я и не готов аргументировать, но решил просто для себя сделать заметку - в самом начале младенец не боится и высоты, и со звуками не все так просто, если они громкие, но гармоничные в своем сочетании, обертонах. В конце концов то, что воплощается, это не просто "живое записывающее устройство для воспроизведения социальных программ". Уж если и говорить об индивидуальных страхах, то они, скорее, будут связаны с возможной насильственной смертью в предыдущем рождении. Я помню, как в детстве у меня внезапно проявился совершенно беспричинный, безмотивный страх за своих родных, когда я надолго оставался один дома. Что могло с ними случиться, не понятно. Тем не менее... И стабильный кошмар - первый день моей Великой Отечественной, наши отступают из городка, немцы входят с другого края в составе механизированной колонны мотопехоты. Это даже не страх, а просто непрерывно гнетущий ужас. Переживание совершенно непосредственное, потому что приходиться прятаться, следить за передвижением противника, это связано с вниманием. Модель не меняется. Прошу прощения - это чисто дневниковая запись - для фиксации ощущения настоящей глубины потока сознания.
"Мы рождаемся практически лишенными страха. Единственный страх, свойственный младенцам - это страх упасть с высоты и страх громких звуков".
Вряд ли мы рождаемся как tabula rasa, какой-то уж очень древний род заблуждения. Просто не возникает еще комплекса внутренних и внешних условий для проявления "индивидуальных" особенностей. Автор статьи искренне принимает формирование младенческого аппарата восприятия за социальную эволюцию некоей личности. Хотя я и не готов аргументировать, но решил просто для себя сделать заметку - в самом начале младенец не боится и высоты, и со звуками не все так просто, если они громкие, но гармоничные в своем сочетании, обертонах. В конце концов то, что воплощается, это не просто "живое записывающее устройство для воспроизведения социальных программ". Уж если и говорить об индивидуальных страхах, то они, скорее, будут связаны с возможной насильственной смертью в предыдущем рождении. Я помню, как в детстве у меня внезапно проявился совершенно беспричинный, безмотивный страх за своих родных, когда я надолго оставался один дома. Что могло с ними случиться, не понятно. Тем не менее... И стабильный кошмар - первый день моей Великой Отечественной, наши отступают из городка, немцы входят с другого края в составе механизированной колонны мотопехоты. Это даже не страх, а просто непрерывно гнетущий ужас. Переживание совершенно непосредственное, потому что приходиться прятаться, следить за передвижением противника, это связано с вниманием. Модель не меняется. Прошу прощения - это чисто дневниковая запись - для фиксации ощущения настоящей глубины потока сознания.
